Их видно из окна от Ивана Захаровича. Одну немного повредило немецким снарядом: вырванный, обожженный бок
затянулся со временем наростом. Обнялись высоко вверху, весной гудят от пчел, осенью долго теряют коричневые семена-крупинки...
А в сорок втором мать Ивана Захаровича, бабка Марфа, с двумя внуками, его сыновьями Санькой и Левкой, ходила собирать колоски. Саньке было девять лет, Левке — восемь, оба бедовые ребята, глаз нельзя спускать.
Ходили за Круглый лес — у самого большака, там полсела промышляло. Как-то раз возле леса прямо над головами появились три самолета — стрельбу подняли, грохот, вой — ничего не разобрать. Легли лицом вниз на дорогу, глаза боялись поднять. Через минуту ухнуло где-то рядом, затрещало. А когда глянули — страшно горит что-то на земле, свиваясь клубами в черный смерч, а неподалеку летчик с парашютом лежит. Ребята подбежали— немец. Скрючился, голова в кровь разбита, одна нога до плеча завернулась. Видно, низко было, и парашют не помог. Сначала ребята оробели. Потом Санька на цыпочках подошел к мертвому, расстегнул кобуру, сунул маленький тяжелый пистолет за пазуху, под ремень. У Левки загорелись глаза, институт отстегнул часы с разбитым вдребезги стеклышком, прихватил плоскую, в заклепках сумку, потом бросил ее, чтобы бабка не увидела. А у нее как сердце чувствовало.
— Ребяты, боже вас упаси взять чего-нибудь! Пойдемте от греха поскорей отсюда.
Через полчаса трое мотоциклистов в железных касках спустились в лог, где женщины косили сено. Стали лопотать, спрашивать по-своему — кто возле летчика был. Собрали всех, наставили автоматы, топают ногами, пугают. Женщины сбились в кучу, как овцы, дрожат, никто не решится слова сказать. Солдаты отвели в сторону пятерых, защелкали затворами. Бабы в голос закричали, заметались. Тут вышел старичок, бывший сторож правленческий, и говорит:
— Я видел, бабка с ребятами по дороге шла. Привезли старую Марфу с внуками к сельсовету, где
комендатура была, избили сапогами, заперли в амбар. Переночевали они, болезные, а наутро прямо возле амбара постреляли, не пожалели ребяток...
