Отведав в полной мере в 1918 году от разгула свободной торговли, часть партии и в 1920 году продолжала непоколебимо считать, что ее задача заключается в борьбе с «крестьянскими и капиталистическими попытками отстоять (или возродить) товарное производство»,— так писал Ленин осенью 1919 года .
В этой борьбе не сразу смогли оценить тот рубеж в начале следующего года, когда в сельском хозяйстве четко обнаружились черты кризиса. Потребовался еще год драгоценного времени, пока большинство в партии не поняло, что социалистическое государство держится не только на национализированной промышленности, но и на крестьянском товарном хозяйстве и рынке. Принимая решение о нэпе, Ленин и большинство руководства рисковали возбудить недовольство значительной части партии, о чем свидетельствует не только жесткая борьба до X съезда РКП (б), но и выход из партии рядовых членов и функционеров, принявший значительные размеры после него. Но иного выхода не существовало.
В январе 1921 года внезапно обострилось положение с продовольствием и транспортом, возросла угроза возникновения нового этапа гражданской войны, о чем свидетельствовал рост крестьянско-повстанческого движения, пополнявшегося все новыми силами из демобилизуемой армии. Настроения в некоторых воинских частях стали тревожными.
В этих условиях партийное руководство приняло решение об изменении курса. Здесь в полной мере проявилась роль В. И. Ленина как действительного вождя революции и руководителя государства. Его воля придала всем разговорам практический характер. Он сумел отказаться от своих старых иллюзий и расчетов и направил большевистскую политику в русло нэпа, благодаря которому развертывание вооруженного конфликта было остановлено.
Уже в 20-е годы современников и творцов первых шагов социализма в нашей стране волновал вопрос: почему же тогда нельзя было избежать длительной войны и «военного коммунизма» и сразу после Октября надежно обеспечить экономический союз социалистического государства и крестьянства?
