А спустя два года, обращаясь к членам ЦК Компартии республики, он скажет: «Вы все помните, как мы принимали решение о проведении в жизнь постановления ноябрьского (1962 г.) Пленума ЦК КПСС о разделении партийных и советских органов по так называемому производственному принципу. Мы все понимали, что это шло вразрез с требованиями Устава нашей партии, но мы подчинились решению ЦК нашей партии и провели это решение в жизнь. Надо сказать, что это не явилось результатом глубокого изучения вопроса — это результат субъективизма и поспешности...»
Совершенствование организационных форм партийного руководства, отмечал на ноябрьском Пленуме ЦК КПСС первый секретарь ЦК Компартии Азербайджана В. Ю. Ахундов, свидетельствует о том, «как чутко прислушивается партия к пульсу нашей жизни, как по-ленински смело и решительно откликается на ее требования». А через два года на пленуме ЦК Компартии республики он заметит: «Обидно, что реорганизация преподносилась Хрущевым как новое, как дальнейшее развитие ленинских принципов в области управления государством, в то время как на деле это противоречило Ленину».
На практике реорганизация партийных, советских и общественных органов не только не способствовала развитию демократии, а, напротив, сузила сферу ее действия. Аппарат областных органов значительно разросся, а в районах — сократился. Произошло еще большее отчуждение местных Советов от их функций как органов власти.
Жизнь вскоре показала сложность и громоздкость новой структуры. Опыт работы промышленных и сельских крайкомов, обкомов партии свидетельствовал о несостоятельности попыток разграничить сферы деятельности между ними. Вопросы строительства, транспорта, связи, медицинского и культурного обслуживания населения, охраны общественного порядка и многие иные неизбежно требовали внимания и тех и других руководящих партийных органов, целенаправленных и единых усилий всех парторганизаций.
В укрупненных районах первичные партийные организации порой находились за 200 и более километров от парткома производственного управления и, естественно, связь их была чисто номинальной. Бывало и так, что коммунист избирался депутатом сельского Совета одного района и входил в состав партийного комитета в другом районе. Возникла административная неразбериха из-за полной неопределенности разделения функций тех или иных учреждений. Доходило до абсурда, когда службы здравоохранения, быта (к примеру, больницы, хлебопекарни) районного центра, считающегося промышленной зоной (промышленный облисполком), не обслуживали население окрестных колхозов и совхозов, поскольку это уже «другая епархия» — сельское производственное управление (сельский облисполком).
