Люди в оккупации - Цензура - Версия Сталина в действие - Осмысление принципов - Лекции по истории - Образовательный сайт Волгоградского Государственного Экономического института

Люди хотели узнать о судьбе соотечественников, оказавшихся в оккупации, с негодованием воспринимали сообщения о зверствах гитлеровских захватчиков. Большой интерес вызывали политика государства по отношению к церкви, межнациональные отношения. К пропагандистам и агитаторам обращались с вопросами о продовольственном снабжении, условиях труда и быта городского населения, об оплате труда и обеспечении насущно необходимыми товарами колхозников и другими.

Среди многих вопросов выделяются те, которые касались причин поражений Красной Армии в 1941 —1942 годах, перспектив окончания войны, людских потерь. Их задавали везде — в цехах предприятий, в колхозах, госпиталях, перед сеансами в кинотеатрах, на собраниях домохозяек, служащих, учащихся, на инструктажах агитаторов и пропагандистов. Их задавали на протяжении всей войны вплоть до ее окончания. Это были постоянные болевые точки народного сознания. Но на такие вопросы, особенно в то время, когда Красная Армия отступала, трудно было ответить. Имеются данные о том, что в 1941 году идейно-политическая работа во многих местах была ослаблена, партийные работники, пропагандисты, руководители производства избегали встречаться с трудящимися. Это отмечал секретарь ЦК, МК и МГК ВКП(б) А. С. Щербаков в докладе на собрании актива Московской парторганизации 29 сентября 1941 года, говоря о боязни «неприятных вопросов». Не получая столь необходимой информации, сталкиваясь порой с неквалифицированными, плохо осведомленными пропагандистами, люди питались слухами, домыслами, а наиболее мыслящие продолжали мучительно раздумывать над судьбой Родины.

Много вопросов вызывала предвоенная внешняя политика нашего государства. Выплеснулось наружу неприятие народом дружественных отношений с фашистской Германией в последние предвоенные годы. Сталин постарался оправдать эту политику в своем выступлении 3 июля, и его объяснения тысячекратно повторялись в печати и по радио, в устных докладах и беседах. И все-таки люди спрашивали: «Не был ли ошибочным наш союз с Германией?», «Почему мы раньше не препятствовали Гитлеру оккупировать страны Западной Европы?», «Почему наше правительство не заключило договора с Англией и Францией до заключения договора с Германией?», «Почему СССР не выступил против Германии, когда она воевала с Францией?», «Почему в 1939—1940 годах СССР поддерживал связь и оказывал помощь Германии, ведущей войну с Англией?», «Какова цель поездки Молотова в Германию перед войной?»