Послесталинское время - Новые иллюзии - Мир большевиков - Лекции по истории - Образовательный сайт Волгоградского Государственного Экономического института

Судебными процессами, отправкой в тюрьмы и лагеря, депортацией дело, однако, не ограничилось. Пошли и на такую чудовищную меру, как использование для усмирения некоторых инакомыслящих психиатрических больниц. Туда направляли совершенно здоровых людей, как это было, например, с героем Великой Отечественной войны, ныне покойным генералом Петром Григорьевичем Григоренко и с известным ученым-биологом Жоресом Медведевым, проживавшим до последнего времени в Англии и издавшим несколько книг, вызвавших большой интерес зарубежных читателей. Лишь в середине 1990 года указом Президента страны восстановлено его советское гражданство. К слову сказать, родной брат Жореса Рой Медведев, давно уже и широко известный на Западе как автор десятков изданных там произведений, а теперь ставший известным, популярным и у нас (в том числе и как народный депутат СССР), долгие годы «ходил» в тунеядцах и диссидентах. Весьма любопытно, что Ю. В. Андропов, работая еще секретарем ЦК КПСС, не только не осудил, как об этом пишет сам Р. А. Медведев («Московские новости». 1989. № 7. 12 февраля), его работу над рукописью книги «К суду истории», но и советовал продолжать ее. Став же вскоре Председателем КГБ, передал однажды через определенное лицо пожелание Рою Медведеву вести и дальше начатое исследование, но не издавать рукопись за рубежом, ибо в противном случае против него будут приняты меры, а он, Андропов, не сможет ему помочь. Медведев не послушался и издал свой первый большой труд, посвященный Сталину и сталинщине, в США. Вот тогда его и исключили из партии «за клевету на советский общественный строй».

Нельзя не сказать еще об одной беспрецедентной в послесталинское время мере борьбы с инакомыслием — ссылке без суда и следствия. Не зная, как «унять» непримиримого и строптивого «диссидента № 1» Сахарова, не нашли ничего лучшего, как сослать его в Горький. По сценарию, разработанному на Лубянке и Старой площади, организовывались «осуждения» и «протесты» людей различных профессий — писателей, композиторов, рабочих.