Курган был на высоком бугре, откуда как на ладони далеко виднелись хутора, сады, речка и обрамленные широкими темными
лесопосадками квадраты полей. Дорога от подножия по отлогому склону виляла между промоинами и овражками, справа и слева пятнами белел застаревший, вымытый дождями ковыль.
Снизу величественный холм с шапкой-курганом на нем казался уродливо большим, непривычным на фоне ровного степного обдонья.
«УАЗ» медленно въехал на самую макушку кургана, лысую, песчаную, изъеденную норами и ямками, усыпанную мелким камнем-песчаником.
Как с самолета! — восхищенно сказал Мрыхин, оглядываясь кругом. — Я тут ни разу не бывал.
Хорошо... — Мохов откинул рукой длинные, с проседью волосы. — Тут в войну наша батарея стояла. Вон левее окопы видны. Старший брат мой, Иван, воевал здесь.
Мохов сел на песок, обняв колени руками. Молча смотрел на осеннюю пестроту хуторских садов, подернутых прозрачной сиреневой дымкой. В спокойных, усталых чертах его лица, в умных, глубоко посаженных глазах отражался этот первый ласковый осенний свет.
Ветер на кургане был заметно крепче, под его порывами схватывался и змеился белый песок, шелестел мертвый ковыль, поднималась и летела отжившая прошлогодняя трава.
Мрыхин присел рядом.
— Люблю я это место, — глуховато и нараспев сказал Мохов. — За что — не знаю. Как себя начал помнить, с тех пор и курган знаю. Зимой на санках, на лыжах катаемся, весной за тюльпанами сюда ходим, летом — за бессмертниками, а то и просто так, с бугра на хутор поглядеть... Красота! Не знаю, в чем тут секрет, но тянет, как магнит. Может, потому, что самое высокое место, далеко видно кругом. А иной раз подумаешь: тысячи лет стоит. Люди вокруг него — как муравьи. Много повидал на своем веку... Старики любопытство разжигали: клад, мол, зарыт. Много было охотников. И я тоже копал... Учитель истории объяснил, что, возможно, это скифский могильный курган... Ни одна затея в детстве не обходилась без кургана. И потом сколько сумасбродных планов тут составлено, сколько всего передумано!.. Ты не поверишь, я стихи свои здесь закопал. Для вечности. Да, было дело... А в выпускной вечер мы всем классом написали клятву: не забывать друг друга, выручать из беды, а через двадцать лет собраться на кургане...
